Архивы КГБ: академик Бажан глазами доносчиков

Укринформ ознакомился с архивами КГБ, которые ныне хранятся в архиве СБУ

Документы бывшей советской спецслужбы - ЧК-НКВД-КГБ хранятся в фондах Отраслевого государственного архива Службы безопасности Украины. Сейчас там почти 180 000 единиц хранения (томов), созданных в советский период. Всего в архивах Украины сохраняется более двух миллионов дел советских репрессивных органов. В 2015 году, согласно законам о декоммунизации, в частности закона «О доступе к архивам репрессивных органов коммунистического тоталитарного режима 1917-1991 годов», архивы всех советских карательных органов были рассекречены. Планируется, что к 2020 году все архивные документы, которые находятся сейчас в известные силовых структур, будут переданы в единый Отраслевого государственного архива Института национальной памяти.

Архивы КГБ - это огромный архипелаг памяти - как индивидуальной, ведь каждое дело, каждый отдельный том - это история отдельного человека, так и памяти национальной. Архивы КГБ - это фактические вещдоки в долгоиграющей деле последовательного уничтожения Москвой Украины. Уничтожения, которое продолжалось в течение всего ХХ века, начиная с установления советской власти в марте 1919-го и заканчивая либеральной горбачевской перестройкой. Первые массовые репрессии начались еще в конце 20-х, пик пришелся на 30-е, но они продолжались и в 40-х, 50-х, 60-х, 70-х, 80-х годах. Последний украинский политзаключенный Богдан Климчак покинул территорию ГУЛАГа 11 ноября 1990 - менее чем за год до провозглашения украинской независимости. «Дьявольский водевиль» по выражению известного украинского диссидента, правозащитника Леонида Плюща продолжался почти столетие. Но, в то же время, архивы КГБ - это свидетельство нашего сопротивления, неповиновения продолжительностью тоже в века. Сопротивления на западе и на востоке, севере и юге нашей страны. Сопротивления украинской интеллигенции «расстрелянного возрождения» и священников запрещенной властями Украинской греко-католической церкви; упорного сопротивления УПА и сопротивления крестьянства во время принудительной коллективизации. Сознательного сопротивления диссидентов-шестидесятников за право быть личностью, «человеком со свойствами» в насквозь фальшивом псевдокомунистичному социуме и, возможно, не слишком сознательного, но сопротивления представителей молодежной контркультуры, которые не хотели слушать исключительно Кобзона или оркестр Александрова, зато ища спасения от несуразные советской действительности в солнечной музыке регги или беззаботном рок-н-ролле. Существует и еще один довольно интересный аспект важности архивов КГБ - все эти дела наглядно демонстрируют методы, которыми не гнушались в достижении своих целей служители одиозного ведомства: шантаж, запугивание, террор, доносы, подкуп, фальсификация убийства и безграничный цинизм. Все это позволяет лучше понимать зловещую природу нынешнего кремлевского режима, плоть от плоти является продолжением ведомства Феликса Дзержинского - Ягоды - Ежова - Берии - Андропова, правда, существенно усовершенствованный новейшими технологиями. Кстати, архивы КГБ российская ФСБ засекретила до 2044 года.

Доносы, как составляющая репрессивного механизма

Доносы, как составляющая репрессивного механизма

Фрагмент советского плаката «Не болтай!» 1941 года. Государство с одной стороны стимулировала доносы, призывая к бдительности, а с другой - советовала держать язык за зубами

«... Нам разрешалось только стрекотать, как демоны или карлики.

А чистые и достойные слова были под запретом

Суровой настолько, что тот, кто произнести смел хотя бы

Одно-единственное из них,

Уже сам себя погубленным считал. »

Чеслав Милош ( «Задание», 1970)

Огромную, можно сказать фундаментальную роль в делах обвинения играли доносы. В СССР доносили соседи на соседей, коллеги по работе, доносили в школах и вузах, на заводах и фабриках, в деревнях и городах, доносили даже в семье. Сейчас, благодаря рассекреченным архивам КГБ точно известно, что жены Довженко и Сосюры - Юлия Солнцева и Мария Данилова были завербованными Агентка КГБ. Это, так сказать, из известных личностей, о рядовых граждан не приходится ... Доносы в тоталитарном обществе всячески поощрялись. Недаром, одним из ярких «плакатных» советских пропагандистских образов был Павлик Морозов - советский герой-пионер № 1, который донес в ГПУ на отца. Маниакальная подозрительность, так называемая политическая бдительность, готовность выведать и рассказать о своем ближнем все, что ты знаешь, или о чем только догадываешься - приветствовалась. Во-первых, этим ты свидетельствовал преданность власти, режима, утверждая свой статус Homo Sovieticus, строителя «светлого коммунистического будущего», а с другой - приятно приближало, объединяло, хотя и на расстоянии, к тому же власти. Человек, который донесла впервые, то, в основном становилась профессиональным освидомлювачем, агентом спецслужб - просто так ее уже не отпускали, она должна сотрудничать с режимом. Такой уж специфика власти, особенно власти тоталитарной или авторитарной. В январе 1937 года газета «Правда» писала: «Каждый честный гражданин нашей страны считает своим долгом активно помогать органам НКВД в их работе ...» Конечно, больше всего доносили на людей известных. Обычно на них заводилась дело-формуляр - дело оперативного учета, заводилась отдельного человека в связи с выявленными по ней сведениям, которые давали основание подозревать ее в проведении подрывной деятельности против СССР (в 1954 году срок был отменен и подобные дела назывались « делами оперативной проверки »). Чем больше была социальная группа в которой находился тот, кто находился «под колпаком» ДПУ-КГБ, тем больше была вероятность, что вокруг него крутится несколько тайных агентов. Изнутри выявить их было не так просто. Иногда это был кто-то из круга друзей, иногда - кто-то из родственников, соседей, коллег. Объект доносов даже и не догадывался, что человек, с которым он (она) находится в товарищеских приятельских отношениях, пишет на него доносы. Очень показательна в этом плане дело-формуляр на Николая Бажана.

Дело-формуляр Николая Бажана

Дело-формуляр Николая Бажана

Фрагмент дела-формуляра Бажана. Фото: Отраслевой архив СБУ

Николай Бажан - классик украинской литературы, академик, орденоносец, государственный и общественный деятель. Автор большого количества панегириков в честь тогдашнего правящего режима и его вождей, в частности, он одним из первых написал оду Сталину. Правда, существует и другой Бажан - человек энциклопедических знаний, интеллектуал, переводчик, автор сложных, герметично-барочных, чрезвычайно экспрессионистических стихов - его поэтический словарь беспрекословно один из самых богатых среди всех тогдашних писателей.

Бажан прожил без году 80 лет, из которых 23 года находился под пристальным вниманием советских карательных органов. Дело завели еще при ГПУ (Государственное политическое управление) в августе 1929 года, когда Николаю Платонович было всего 25, а закрыли уже при МГБ (Министерство государственной безопасности), 2 октября 1952 года. В ту пору Бажан - двукратный лауреат Сталинской премии, награжден несколькими орденами, член президиума Союза советских писателей. Но более или менее свободно вздохнуть он мог только после смерти Сталина, во времена хрущевской «оттепели».

Вокруг Бажана в течение этих 23 лет крутилось около 30 агентов «Арсеналец», «Алтаев», «карий», «Валентина», «Павлов», «Майский», «Мэри», «Шахматист», «Степанов», «Химик» , «Южный», «Стрела», «Журналист» и другие. Писателя подозревали в связях с «Украине-националистами», «фашистских устремления», участия в украинском национал-социалистической партии. Бажан самом деле был тесно связан с Фальковский, Пидмогильным, сети, Антоненко-Давидович, Плужником, Волновым, Кулишем - писателями, переводчиками, литературными критиками, принадлежавших к разным литературным группировок. Видимо не было ни одного из представителей «Расстрелянного возрождения», кого бы Бажан не знал, и с кем не общался. В определенной степени он и сам был «расстрелянным» - недаром Юрий Лавриненко включил Бажана (так же как Рыльского, Тычины и Сосюру) к своей антологии.

начало дела

начало дела

Николай Бажан в юношеские годы. Фото: ЦГКФФА Украины им. С. Пшеничного.

Дело-формуляр на Николая Платоновича Бажана открывается Постановлением от 14 августа 1929 года, в которой говорится, что «последний по агентурным данным, связан с Украине-писателями ..., антисоветских себя НЕ признает, а посему - решили завести на Бажана дело-формуляр, взял его на учет украинской активной общественности по категории пассив ... ». Один из первых доносов по делу Бажана - от агента «Лебедевой» - Бажановой невестки, жены младшего брата Валентина. Женщина пишет: «Мне известно о том, что граждане Коваленко Вера, Бажан Мыкола, Коваленко Гаина и Косынка являются шовинистамы и контрреволюционно настроены ... Прошу в качестве свидетеля меня НЕ вызывать, так как я связана родственными отношениями и мне неудобно». Коваленко Гаина о которой говорится в доносе - жена Николая Бажана, Вера - ее сестра, а Косынка - это Григорий Косынка, участник киевского литературного объединения «Звено», приятель Бажана, который погибнет в лапах НКВД в 1935 году.

А вот, например, донос агента «Александрова» 1930 года, из которого можно узнать, что Бажан в 1914-1915 годах был одним из лидеров и организаторов украинского скаутства. Агент характеризует его как «сознательного Украинский» и попутно вспоминает, что мать Бажана тоже «сознательная украинка», арештовувалась ЧК. «Национальные настроения в отряде были такого сорта, что власть пусть будет какая угодно, лучше УНР или боротьбистов, чем русская».

27 декабря 1930 все тот же «Александров» доносит: «Имел разговор с ним 26 / хии. Он говорит: «Сейчас тяжело жить. Денег нет. Живу плохо. Работаю на кино-фабрике, Редактирую журнал «Жизнь и революция». На фабрике последнее время тяжело работать, хочу уходить. Создается тяжелая напряженная атмосфера, в которой трудно работать ». Бажан в ту пору работал на ВУФКУ (Всеукраинское фотокиноуправление). Эта легендарная организация, основанная в 1922 году, стояла у истоков нового украинского кино. На ней начинали деятельность Довженко, Кавалеридзе, Дзига Вертов. Сценарии писали Юрий Яновский, Николай Вороной. Но в конце двадцатых годов, как любая другая организация проукраинской ориентации, была по сути разгромлена советскими репрессивными органами.

страх ареста

страх ареста

Фрагмент агентурного донесения от 10 марта 1949 по делу-формуляра Бажана. Фото: Отраслевой архив СБУ

В конце января 1931 агент фиксирует высказывания приятеля Бажана поэта и переводчика Бориса Антоненко-Давидовича: «Бажан буквально терроризирован. Бедному парню все время мерещится, что его вот-вот придут и схватят ». В 1935 году самого Антоненко-Давидовича арестуют и приговорят к смертной казни, которую заменят 10 годами лагерей. В тот же 1935 года в ОГПУ было заведено уголовное дело № 1377 и на Бажана - его обвинят в членстве подпольной «Украинской военной организации» (среди «членов организации» также фигурировали Юрий Яновский и Максим Рыльский). В августе того же года по делу появилась запись о том, что «установлена ​​принадлежность М.П.Бажана к террористической организации», то есть появилась формальное основание для ареста Бажана. И он не выдержал: в марте 1936 г. писатель «признался» во всех смертных грехах и согласился на сотрудничество с ГПУ. «Последние годы окончательно убедили нас в мудрой, неуклонной прозорливости партии. Партия дала нам возможность Не только яснее видеть свой прошлый путь, но и учит смотреть в будущее ... », - это тоже Бажан. Тогда же писатель был завербован и проходил под псевдонимом «Петр Уманский». Правда, большой пользы от Николая Платоновича не было - с органами Бажан сотрудничал неохотно, а в 1941 году связь по сути было потеряно.

Ареста Бажан панически боялся с конца двадцатых годов и до начала пятидесятой. Он прекрасно помнил времена, когда в конце двадцатых годов украинских художников время от времени вызывали «на разговор» в ГПУ. Там с работниками культурного фронт не церемонились: на них кричали, угрожали, топали ногой, хлопали кулаком по столу, могли и замахнуться. Это было шокирующее унижения, что имело целью запугивания потенциальной жертвы. В одном из доносов 1930 говорится, что писатель Ярошенко в частной беседе сказал: мол, если Бажана, известного поэта, «пахали, как на мальчишку» и «едва ли НЕ замахивались», то как тогда расправляются с «простыми смертными»? Косынка сравнивал эти методы с работой ЧК, когда без суда и следствия могли расстрелять только за то, что ты носишь шляпу. (25.ХИИ.1930). С каждым годом Бажан становился все более молчаливым и замкнутым, боясь сказать что-то лишнее. И это тоже не прошло мимо внимания чекистов.

Бажан и кавказские писатели

Константин Гамсахурдия, доктор философии Берлинского университета, в 1918 год. Фото: грузинская Википедия.

В начале нового, 1931 года в Киев приехал известный грузинский писатель Константин Гамсахурдия (отец первого президента Грузии Звиада Гамсахурдия) - интеллектуал, знаток языков, европейской философии и культуры, слушатель университетов Сорбонны, Берлинского, Цюрихского университетов. К 1921 году Гамсахурдия находился за границей, затем вернулся на родину. Приход большевиков сначала воспринял довольно нейтрально, но потом, увидев абсурд и беззаконие, начал антибольшевистскую деятельность. В 1926 году его арестовали и приговорили к 10 годам концлагерей. Но на Соловках он провел лишь год - его досрочно освободили. В начале тридцатых писатель попал под покровительство первого секретаря ЦК КП Грузии Лаврентия Берии. Впоследствии роль Гамсахудии в социалистической Грузии будет примерно такой же, как и Бажана в Украине: академик, переводчик, известный человек, которого власть заставила замолчать в обмен на жизнь. Тогда, в 1931, художники сразу нашли общий язык, ведь были людьми высокообразованными, к тому же Бажан открыто выражал восхищение уровнем знаний и интеллекта Гамсахурдиа. А для чекистов и завистливых коллег по цеху он был лишь «ярым грузинского националистом». Поэтому за каждым его шагом и словом следили. Агент «Журналист» доносит, что в частном разговоре Гамсахурдия говорил, что «в Грузии тоже издеваются над порядочными людьми».

Бажан и Рыльский протяжении всей жизни поддерживали дружеские отношения с закавказскими художниками. Неоднократно ездили в Грузию и Армению с визитами (с 1922 по 1936 Закавказья было объединено в Закавказская федерация). В частности, дружили не только с Гамсахурдиа, но и с Чаренца и Лордкипанидзе. Собственно орден Ленина в 1939 году Николай Бажан получил за перевод знаменитой поэмы Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре» - Сталин собственноручно дописал фамилия украинского поэта в список представленных к награде. Именно это и спасло его от почти неизбежного ареста. Агент «Журналист» в 1933 году сообщает о ряде вечеров, посвященных памяти Шота Руставели: «Как удалось выяснить, все эти встречи обязательно проходили в самой интимной обстановке, с тостами, за« старую добрую Грузию »и за« свободную мать Украина » . А еще вспоминает, что Егише Чаренц и Лордкипанидзе «прислали Рыльского, желаемую и Первомайский по ящику вина» (23.ИV.1933).

Бажан на Первом съезде советских писателей 1934

Первый съезд советских писателей, 1934 год.

В конце августа - начале сентября 1934 года, в Москве проходил Первый съезд советских писателей, на котором присутствовали почти 590 делегатов из всего СССР. Впоследствии почти половина из них репрессируют. Кстати, именно на этом съезде Максим Горький заявил, что Павлик Морозов, как литературный герой, является отличной моделью для подражания. По результатам съезда чекистами было подготовлено специальное строительство под названием «Украинская делегация во всесоюзном съезде». Агент отмечает, что часть украинской делегации, а именно Бажан, Яновский, Семенко и Качура развернули кампанию по дискредитации руководителей украинской литературы, называя их «бездарными ничтожествами». Также эта четверка отметила, что съезд - вещь абсолютно ненужная и бесполезная. Украинский поддержали российские писатели: Бабель, Пильняк, Олеша, Пакентрейгер, Павел Васильев. Чекисты зафиксировали, что Бабель сравнивал съезд с мертвым царским парадом. А Михаил Семенко отметил, что ему «невероятно хочется бросить в президиум дохлую рыбу». Бабель погибнет в Бутырской тюрьме в начале 1940 года, Семенко энкаведисты расстреляют в октябре 1937-го в Киеве и похоронят в братской могиле в Быковнянском лесу. Слова Бажана тоже записаны: «Погиб Хвылевой, Громадный талант, не дают писать Антоненко-Давыдович, косынки, Плужнику, Вороном. Посмотрите на морды людей наших, сидящих в президиуме ... Вот Кулик например в своем приложит ругает фашистского поэта Маланюка кретином, а на самом деле это крупнейший и талантливейший мастер Западной Украины. Кому нужен этот съезд, эта Кукольная комедия, где никто все равно НЕ смеет сказать искреннего слова, где все из-под палки обязаны кричат ​​«ура» соввласти, Сталину, Горьком. Кому это нужно. Ведь заграницу все равно НЕ обманешь. Там прекрасно информированы о том, что Москва зажимает всяческих литературу национальных республик, что она только в декретах кричит в расцвете национальных культур, а на самом деле давит эти культуры железным кулаком ... »

Подробно записаны агентом и слова писателя Якова Качуры «На съезде выступают писатели и с восторгом, фальшивым и скверных кричат ​​в Беломорстроя. А в том они не кричать, что Беломорск канал построен на украинских костях, что миллионы крестьян и интеллигентов погибли на проклятом Севере. Меня возмущает эта двуличность советских писателей. По то, чтоб Получить лучший паек, квартиру, автомобиль, они готовы расп родного отца и публично прославляет любого палача. Мне тяжело здесь на съезде. Меня угнетает и давит эта проклятая Москва, разбухшая на наших украинских соках ». Качура родился в Винницкой области, принадлежал к литературной организации крестьянских писателей «Плуг». Его убили не большевики, а нацисты - он погиб в концлагере в Донецке в октябре 1943 года.

Агент «Журналист» также сообщает, как Бажан в частной беседе жаловался, что «... На торжественном обеде у Горького наши литературные вожди Щупак, Иван Ле, Кириленко, Кулик по приказанию пьяного Кагановича пели националистические украинские песни, здесь давно запрещенные. Это ли НЕ издевательство над украинцем. Это ли НЕ мерзость ... »« ... Забитая, запуганная и загнанная Украина ... У нас как бы нарочно, назначая в вожди идиотов, тушат украинскую культуру »(донос от 11 декабря 1934). Здесь же можно узнать и о том, что думает был Николай Платонович о России: «Россия хищническая и солдатски бескультурная, и при Алексея Михайловича и при Сталине, одинаково стремится поработать Украину. Нам чужда Москва, мы с незапамятных времен были посетителями западной культуры, мы европейцы, а не вонючие азиаты-лапотникы ».

Бажан и Курбас

Бажан и Курбас

Лесь Курбас (справа) и главный художник театра «Березиль» Вадим Меллер в Одессе, 1928 год.

В делах-формулярах можно узнать много интересного не только о том человеке, на которую собственно и была открыта это дело, но и о многих других людей из ее близкого окружения. К примеру, Бажан дружил с Курбасом. Агент «Звезда» 19 августа 1933 сообщает, что Бажан и Курбас неоднократно встречались в Харькове и непременно «пили шнапс». Курбас в разговоре называл Грушевского «старой калоши» и поддерживал Донцова. 68-летний академик Михаил Грушевский в ту пору вынужден был жить в Москве под неусыпным наблюдением чекистов, его обвиняли в организации и руководстве «Украинская националистическим центром». За год его не станет. Дмитрий Донцов - украинский политик, литературный критик, идеолог украинского национализма - жил еще во Львове. Впоследствии он переедет в Канаду и умрет собственной смертью в Монреале в 1973 году 89-летним. С его ведущей трудом «Национализм», изданной в 1926 году, были хорошо осведомлены в Советской Украине. Высказывался Курбас и о Польше, замечая, что когда начнется война, из Польши, «при всяких конъюнктуры не останется мокрого места ... Польша находится между двумя колосьями, между Россией и Германией и поэтому польское государство не может удержаться. Польша пропадет ... и мы выбор организоваться или на Германию, или на Россию. Ясно, - говорит Курбас, - мы должны ориентироваться на Германию ». Он считал Гитлера «гениальной фигурой». Стоит заметить, что не только Курбас считал тогда Гитлера гениальным политиком - им восхищались и в Европе, и в Америке. Только очень немногие люди не имели о немецкого рейхсканцлера никаких иллюзий и предостерегали заколдованную большинство от пагубного восторга. За кофе Курбас и Бажан говорили, что галицкий крестьянство не бедствует, а богатеет и «Галичина является украинский Познань» и «украинский Пьемонт» (Пьемонт - административная область в Италии, которая сыграла ведущую роль в итальянском национально-освободительном движении XIX века). Это были последние месяцы пребывания Курбаса на свободе. В декабре этого же 1933 года режиссёр арестуют в Москве. 3 ноября 1937 расстреляют в Сандармоси.

Бажан и женщины

Бажан и женщины

Николай Бажан с женой Ниной Лауэр.

Бажан был дважды в браке. Его первой женой была Гаина Коваленко - Украинская актриса, писательница, переводчица, женщина чрезвычайно одаренный и эксцентричная. В течение 1922-1924 гг. Она играла в курбасовского «Березоли». С ней поэт прожил 12 лет, имел дочь Майю. В 1938 году он познакомился с Ниной Лауэр. За год поженились. В 12-страничном донесении агента «Стрелы» от 22 ноября 1938 говорится в том числе и о семейной жизни Бажана. Поэт признается, что влюбился без памяти, что запутался, не знает что делать через собственную беспомощность и нерешительность. «В длительном интимном разговоре - на мой вопрос почему же собственно Бажан быть не может разойтись с женой, он ответил, что Не только ребенок и долгая семейная жизнь том предпосылкой, а что он еще" не может разорвать связь с женщиной, с которой его связывает НЕ только прошлая любовь, но и сильные глубокие переживания ЭТИХ лет - страх ». Что они «вместе не спали столько лет, Ожидая его ареста», «вместе прожили ужас ЭТИХ лет и вместе переживали каждое новое несчастье». В конце двадцатых годов супруги Бажанов неоднократно помогало репрессированным товарищам: собирало средства, слало в тюрьмы посылки. И об этом также прекрасно знали в ГПУ. С Ниной Лауэр Бажан в счастье и согласии прожил почти полвека. И это была уже совсем другая страница его жизни.

Агент «Администратор» в доносе от 21 марта 1949 пишет: «... источник был в гостях у артистки Полянской, которая рассказывала,« как крепко Лауэр держит в руках Бажана и заставляет его делать все, что захочет ... »Далее говорится о том, что вроде Нина Лауэр находится в интимных отношениях с актрисой Ниной Каминской. Агент пишет: «На вопрос, знает ли об этом Бажан, Полянская ответила:« Точно сказать не могу, но думаю, что он это подозревает. Но этот дурак так любит свою Нину, что НЕ Обращает на это внимания ». Кроме того, в деле есть показания и о других женщинах (в частности письма частного характера), которым был близок поэт.

Бажан и язык

«Российско-украинский словарь» под редакцией А. Крымского и Ефремова: исторический экземпляр и современное переиздание. Фото с презентации в Национальном музее литературы Украины, 18 апреля 2018

«Украинская культура - это бег с препятствиями по густо пересеченной местности. И нам приходится стараться сделать хотя бы на 5 копеек там, где мы могли бы сделать на 100 рублей », - слова Николая Платоновича Бажана, согласно агентурным донесениям от 15 августа 1938 года. Бажан всю свою сознательную жизнь, как только мог, защищал и отстаивал украинский язык и культуру. Как известно, не только украинские художники подвергались неслыханным репрессиям и уничтожению - такой же участи подверглась и украинский язык. После отмены в 1933 году скрипниковского правописания (его провозгласили «буржуазно-националистическим») начался курс на максимальное русификации украинского языка. К примеру, был запрещен академический «Русско-украинский словарь» 1924-1933 гг. Под редакцией Агафангела Крымского и Сергея Ефремова (оба ученых погибнут в сталинских тюрьмах) - его IV том вообще было уничтожено, зато в 1948 году выдали новый «Русско-украинский словарь »(так называемый« Зеленый дурак »- за переплетом), известный многочисленным калькирование слов и значительным синонимическим обеднением украинских соответствий. Тогда с украинской лексикона исчезли тысячи слов ... Бажан, всех неблагоприятных условий, пытался вести дискуссию с составителями, а те, в свою очередь, возмущались. Освидомлювач отмечает, что Бажан бросил реплику: «за составление российско-украинского словаря надо браться с чистыми руками». Агенты ГПУ-МГБ фиксируют, что Бажан то замечал, что «Шевченко - русифицирован, а не настоящий украинский поэт» (якобы он наводнил украинский язык русскими словами). «Товарищ Яновский его поддерживает». А это уже не донос, а письмо украинских трудящихся к Бажана, который тоже подшит к делу: «В.Ш. Николай Платонович! Как-то в газете «Коммунист» я прочитала, что ты входишь в состав комиссии по образованию украинского правописания. А тем самым сможешь исправят наш язык. Мы хотим просит тебя, не вводи в наш лексикон такого неблагозвучного слова как «телевидение» - вплоть коробит. До чего же оно не эстетическое. Замены его каким-то другим словом. Это связано с эфиром - ну что-то красивое и придумай. Пишешь ты - красиво, сильно. А потом еще одно слово - «разница». Так и напоминает, где вот скот режут. Ну чем не «огорчение»? Это более правдоподобно. Я пишу «мы», это от имени своих девушек, работающих вместе со мной на заводе. Во время перерыва на обед разговаривали ... в красоте и благозвучия речи. Ну и решили тебе написать ... С София Будняк (Певец). Город Сумы, завод «Главсельелектрика». Бухгалтерия ». (19.ИV.1941).

Бажан и картины

Бажан и картины

Николай Бажан (слева) и художник Николай Глущенко на видкритты выставки итальянского художника Джованни Омичолли. Киев, 25 сентября 1970. Фото: ЦГКФФА Украины им. С. Пшеничного.

Донесение от 2 марта 1949, из которого понятно, что в Желаемая был конфликт с актером Терентием Юрой (братом главного режиссера театра имени Франко Гната Юры), который обвинял Бажана в том, что будто тот присвоил себе из музейных фондов немало ценных картин немецких художников . Эти картины прибыли в Киевский музей в качестве трофеев. Оценивал картины известный украинский художник Николай Глущенко. Агент попутно «катит бочку» заодно и на Глущенко, отмечая, что он женат на француженке, но чекисты обо всем знали, ведь Глущенко давно был агентом 2-го Управления МГБ УССР и проходил под псевдонимом «Ярема». «Жена писателя Копыленко Циля Михайловна недавно говорила, что« Бажаны очень запасаются ». Бажан оборудовал своей сестре прекрасную квартиру. Бывшей своей жене, которая живет в писательском доме с его дочерью тоже прекрасно обставила квартиру, а на день рождения дочери принес в подарок сберкнижку на 20 тысяч рублей ... Женат Бажан на дочери профессора, який при немцах был в Киеве и делал медицинские эксперименты над людьми. После войны по утверждению Терентия Юры, Бажан давал за своего тестя поручительство ». Здесь уже и не знаешь, чего больше: фактов, или зависти.

несмешной курьез

несмешной курьез

Фрагмент донесения на Николая Бажана по его делу-формуляра. фото:

28 марта 1951 агент «Павлов» информирует: «Научный сотрудник Института искусствоведения АН УССР - Стельмах Георгий Ефимович, говорил источнику в том, что он теперь узнал из Достоверных источников, что Бажан Николай Платонович - поэт, бывший зам.председателя Совета Министров УССР - еврей по национальности, а не украинец и Действительная его фамилия Рабинович ». На вопрос агента, откуда появились подобные свидетельства, Стельмах ответил, что об этом ему сообщила одна аспирантка, отец которой полковник МГБ и вроде она собственными глазами видела у него на столе дело Бажана ... На самом деле подобный донос, при всей его комичности, имел основы - в начале 50-х годов в Советском Союзе развернулась очередная кампания «охоты на ведьм» - на этот раз в виде «борьбы с безвестными космополитизмом» (известной стала «Дело врачей»), которая имела ярко выраженный антисемитский оттенок. Тренд изменился, поэтому «бдительные товарищи» зачислили Украинский Николая Платоновича Бажана уже не к «буржуазных националистов» и «фашистов», а иудеям.

Эпилог.

Эпилог

Николай Платонович Бажан в последние годы жизни. Фото Укринформ.

В феврале 1952 г. дело-формуляр № 2055 на Николая Платоновича Бажана, а это два немалых тома, была окончательно закрыта. «Дело-формуляр на Бажана Н.П. сдать в архив с оставлению на общественном учете. Антисоветских связей по делу имеется », - таким был вердикт. Рассекретили дело лишь в 2010 году. Вот такая грустная история с почти счастливым концом.

«Проходили годы. приходили внуки

По тем поля, где умер достойно дед,

И желтые черепа благоговейно брали в руки,

И клали их зрачками на ВОСТОК ».

(Николай Бажан, «Слово о полку», 1930)

Эти строки тоже есть по «делу Бажана». Слово «Восток» выделено. В ГПУ прекрасно понимали, кто такие деды, а кто - внуки, и на какой именно Восток и почему смотрят зрачка.

Светлана Шевцова

Автор выражает благодарность организаторам воркшопа «Архивы КГБ для медиа», а также работникам читального зала Отраслевого архива СБУ.

Этот материал появился в рамках проекта Центра исследований освободительного движения - "Deconstruction. Aрхивы КГБ для медиа", что стало возможным благодаря поддержке Посольства Чешской Республики в Украине в рамках программы Transition, а также Международного Вышеградского Фонда совместно с Министерством иностранных дел Королевства Нидерландов.

Напоминаем, что в рамках реформы декоммунизации, Украина предоставляет свободный для каждого доступ к документам бывшей советской спецслужбы - ЧК-НКВД-КГБ. Обратиться в архив можно лично или написать электронное письмо. Это право предусмотрено Законом "О доступе к архивам репрессивных органов коммунистического тоталитарного режима 1917-1991 годов".

Рекомендуем советчик как искать в архивах «Право на правду» . Также Вы можете попробовать найти материалы в Электронном архиве освободительного движения , Где доступны онлайн более 24000 архивных документов.

Ну чем не «огорчение»?